Сдержать Россию: американское военное присутствие в Черном море

Александр Бедрицкий, директор Таврического информационно-аналитического центра

Несмотря на то, что американские эсминцы класса «Арли Берк» являются грозными боевыми единицами, оснащенными комплексами ПРО/ПВО «Иджис» и крылатыми ракетами, проход второго американского корабля этого класса через Босфор 16 февраля сам по себе едва ли может серьезно повлиять на баланс сил в Черном море.

Однако, по заявлению командующего 6-м флотом США Кристофера Грейди, решение о проходе второго боевого корабля в Черное море – впервые с июля 2017 года – является хорошо продуманным шагом, направленным на сдерживание растущей военной мощи России и призванным «уменьшить чувствительность» РФ к расширению американского военного присутствия в Черноморском регионе.Для США Черноморский регион служит зоной интересов, без контроля над которой возможности проведения эффективной политики в Европе, Центральной Азии и на Ближнем Востоке сокращаются. При этом Болгария и Румыния, будучи членами НАТО и ЕС, рассматриваются в качестве форпоста продвижения здесь американских интересов, Украина и Грузия – санитарной зоны, ограничивающей усиление России, а Турция и Россия в качестве государств, стремящихся вести самостоятельную региональную политику и оградить себя от расширения присутствия внерегиональных игроков.

После обретения Южной Осетией и Абхазией независимости от Грузии, тем более после воссоединения Крыма с Россией, США нацелены на максимальное ослабление позиций России в Черноморье и ее сдерживании.

На саммите НАТО 2014 года в Ньюпорте было принято решение о развертывании сил быстрого реагирования численностью порядка 4 тысяч человек, готовых в 48 часов к отражению «российской угрозы странам альянса», при этом основное внимание уделялось двум фланговым направлениям – балтийскому (основное) и черноморскому, в котором главную роль играли Болгария и Румыния.

На фоне растущей напряженности между странами НАТО и Россией в 2016 году прошел саммит НАТО в Варшаве, где в очередной раз было заявлено о «незаконной и нелегитимной аннексии Крымского полуострова, которую альянс не признает сейчас и не признает в будущем», а также о российской поддержке нестабильности в Донбассе. Фактически был утвержден курс на стратегическое сдерживание России. Тогда США заявили о «возвращении в Европу» в рамках адаптированного передового присутствия. На этот раз акцент был сделан на усилении прежде всего в Черноморском регионе: в Румынии была развернута бригада численностью в 5 тысяч человек.

Продолжилось и создание системы противоракетной обороны в Европе, которая на словах по-прежнему предназначалась для перехвата мифических иранских ракет. В частности, в черноморском регионе был установлен радар системы ПРО в Турции, а в Румынии к трем мобильным батареям добавился стационарный комплекс системы «Иджис Эшор» в Девесалу.

Накануне саммита Румыния под предлогом угрозы проведения российских десантных операций предложила сформировать механизм сдерживания России за счет создания морской группировки НАТО в Черном море на ротационной основе. Примечательно, что ссылаясь на «российскую угрозу», сама Румыния строит планы по расширению своего влияния в черноморском регионе с опорой на поддержку со стороны США и авторитет НАТО и ЕС. При этом приоритетная работа с «румынами повсюду» свидетельствует о ее интересах, выходящих далеко за пределы национальных границ. Апелляции к общеевропейским интересам часто призваны лишь замаскировать территориальные претензии Румынии к соседям, прежде всего, направленные на аншлюс Молдавии и в перспективе на украинские территории.

Саммит НАТО 2017 года в Брюсселе только подтвердил уже сложившуюся тенденцию, направленную на формирование образа врага в лице России. Было решено создать на «восточном фланге» альянса системы заблаговременного складирования вооружения и военной техники, а также подготовки объектов инфраструктуры для приема коалиционных войск, что объясняет относительно небольшие – на что постоянно обращают внимание на Западе – контингенты НАТО, размещаемые в Румынии и Болгарии. Кроме того, предусматривалась активизация в Черном море авиации НАТО на постоянной основе и флота – на ротационной.

Дело в том, что с 1936 года режим прохода черноморских проливов регулируется конвенцией Монтре, названной так по месту ее подписания. Согласно ее положениям, через Босфор и Дарданеллы в мирное время могут беспрепятственно проходить только боевые корабли любого класса черноморских государств, в то время как для внерегиональных держав установлен лимит как по суммарному тоннажу (до 30 тыс тонн), так и по времени непрерывного пребывания – до 21 суток. Также налагается полный запрет на проход через проливы авианосцев. Турция, даже будучи членом НАТО, стремится четко придерживаться положений конвенции, прекрасно понимая, что она гарантирует сохранение турецкого влияния в регионе, делая его закрытым. И в этом объективно совпадают российские и турецкие интересы.

Но точно также это ограничение учитывается и американской стороной, которая старается использовать амбиции Румынии и хроническую слабость Болгарии для закрепления в Черном море. Соединенные Штаты в ответ на увеличение количества российских подводных лодок размещают противолодочные самолеты «Орион» и «Посейдон», ведут разведку с помощью беспилотных аппаратов вдоль черноморского побережья России, включая Крым, отрабатывают вопросы взаимодействия своих кораблей с союзниками по НАТО, создают условия для использования румынских и болгарских портов в интересах шестого флота, корабли которого все чаще появляются у российских границ в Черном море.

Таким образом, проход очередного американского эсминца в Черное моря – это не единичный инцидент, а элемент системных действий, затрагивающих интересы всех черноморских стран.

В Пентагоне полагают, что повышая градус противостояния с Россией в Черном море, они вырабатывают правила новой «холодной войны», при которой соперники нашли своеобразный язык силового маневрирования: «В годы холодной войны у нас был «танец», и мы четко знали распределение ролей в этом «танце». Наши бомбардировщики летают здесь, а ваши бомбардировщики летают там. Вы направляете свой корабль сюда, мы направляем свой корабль туда. Мы пытаемся решить, каким будет этот «танец» в 2018 году по сравнению с тем, что было в годы холодной войны». Однако необходимо помнить, что «танцы» «холодной» войны стали таковыми только после Карибского кризиса и безудержной гонки вооружений, когда мир балансировал на грани начала глобальной войны. Сейчас же ситуация осложняется тем, что ряд региональных стран пытается использовать интерес американцев к черноморскому региону для собственного усиления. А это может спровоцировать возникновение новых конфликтных ситуаций, в которые напрямую будут вовлечены великие державы. Будет большой ошибкой американских союзников в регионе и политическим авантюризмом со стороны США полагать, что расширение военного присутствия и провокационное силовое маневрирование делает Черноморский регион, да и весь мир, более безопасными.

Источник http://crimea.ria.ru/opinions/20180226/1113911584.html

Добавить комментарий